Бумажная еда

Приобретая акцию, вы имеете право участвовать в управлении компанией. При всем при том акционеров много, и периодически приходится толкаться локтями. Перед покупкой акции следует узнать состав старожилов и их планы на будущее, по-другому вас могут "съесть"

Очевидно, что права акционеров зависят от количества акций, которыми они владеют в предприятии. Примирить миноритариев с мажоритариями - проблема на практике невыполнимая, но она, видимо, и не была приоритетной для разработчиков закона "Об акционерных обществах". При этом инвесторы крупные и не сильно находятся, как говорится, в одной лодке, которая называется предприятием. В статье "Мы делили дивиденд" (см. D" 23 от 3 декабря) были описаны права акционеров на польза компании, сейчас попробуем выяснить, как эта лодочка управляется, кто стоит у руля и каковы права различных членов команды.

Откройте ворота ногой

Самым непосредственным способом принять участие в управлении деятельностью эмитента следует признать голосование в годовом общем собрании акционеров. На нем решаются вопросы стратегического характера: избирается совет директоров, определяется объем дивидендных выплат, состав ревизионной комиссии. Так как совет директоров руководит хозяйственной деятельностью компании, то его состав и отражает волю акционеров, мощь которой зависит от количества имеющихся у них акций. Таким образом, мишень покупки большого пакета акций - попасть в совете директоров самому или делегировать в него доверенное лицо. Следует отметить, что право голоса чаще всего дают только обыкновенные акции, а собственники привилегированных голосуют в исключительных случаях. Вследствие этого дальше речь пойдет об "обычке".

Совершенно очевидно, что, купив на любом из "народных" IPO акции на 100 тыс. рублей, вы можете только наблюдать, критиковать или, наоборот, подсоблять топ-менеджеров компаний, совладельцами которых являетесь.

Согласно российскому закону "Об акционерных обществах", считать о влиянии на компанию не возбраняется тогда, если вы единственный или сообща с несколькими акционерами владеете в общей сложности 2% акций. Самая дешевая группа из трех IPO - ВТБ, цена которого по текущим биржевым ценам составляет рядом 34 млрд долларов. Стало быть, на покупку 2% нужно потратить возле 700 млн долларов.

Относительно недорогой в РТС выглядит, например, "Кампиво" - компания, которая производит соответствующие напитки в Петропавловске-Камчатском. Ее акции включены в информационную систему RTS Board, покупатели готовы получить их по 400 долларов, продавцы предлагают по 1000 долларов. Если брать среднюю цену, то стоимость "Кампива" составляет примерно 20 млн долларов. Вопросительный мотив в том, удастся ли достать громадный объем акций и какова окажется стоимость собранного пакета.

Однако сами оценивайте свои финансовые возможности, а набрав 2%, вы получите право вносить вопросы в повестку дня годового общего собрания акционеров, а ещё выдвигать своих кандидатов в органы управления компанией: совет директоров, коллегиальный исполнительный орган, ревизионную и счетную комиссии. Причем осуществление этих прав может быть вдалеке не всегда: совет директоров может отказать акционерам во внесении вопросов и выдвижении кандидатов. Довольно так называемого мотивированного решения. К сожалению, ни в законе об акционерных обществах, ни в других юридических актах не определена уровень "мотивированности". Такова реальность.

Более значительные права есть у акционеров, владеющих 10% акций предприятия. Этакий пакетик дает вероятность требовать созыва внеочередного собрания. Акционеры имеют право провести его, более того если совет директоров им в этом откажет.

Блокирующий пакет акций (25% плюс одна акция) - доля, позволяющая их владельцам накладывать вето на решения совета директоров акционерного общества.

Под контрольным пакетом акций заурядно понимается 50% плюс одна акция. В этом случае обладатель имеет гарантированное большинство голосов посреди всех акционеров. Но если акции обширно распылены по собственникам, то для контроля может хватить и 20%.

Главный инструмент

В рядовой ситуации годовое общее собрание акционеров проводится раз в год. Сроки его определяются уставом компании, и все-таки закон устанавливает дополнительные рамки - не раньше чем сквозь два и не позднее чем посредством шесть месяцев позже окончания финансового года. Ибо у российских компаний финансовый год заканчивается 31 декабря, то годовое общее собрание акционеров проводится в отрезок времени между 1 марта и 30 июня. В этом мероприятии могут участвовать все акционеры за пределами зависимости от количества имеющихся у них акций, при этом предприятие обязано снабдить такую возможность. Очевидно, что справить в одном месте 100-200 тыс. акционеров нельзя или уж очень дорого - аренда "Лужников" тут всего ничего оправдана. Но, например, РАО "ЕЭС России" немного лет вспять проводило собрание в городе Конаково Тверской области, куда самое малое кто готов ехать. Теперь, когда законом установлено, что местоположение проведения должно быть в населенном пункте регистрации предприятия, собрания проводятся в Зеленограде, считающемся Москвой. Но постичь эмитента можно.

А для того чтобы участвовать в работе собрания, обладатели голосующих акций должны быть включены в список, его составляет реестродержатель (регистратор). Список формируется к определенной дате - дате закрытия (отсечки) реестра, которая объявляется советом директоров компании в то же время с датой проведения годового собрания. В этом вопросе равны и большие, и маленькие акционеры.

Закон позволяет информировать акционеров либо заказным письмом, либо через СМИ, обозначенные в уставе компании. В тех же аккредитованных СМИ допускается и публикование бюллетеней для голосования. Таковый технология информирования применяется, как правило, эмитентами с большим числом акционеров.

Некоторые обязанности возникают и у самого акционера, причем их неисполнение часто ведет к потере права голоса. "Акционер должен сам позаботиться о том, чтобы сведения о нем были актуальными в реестре. Например, изменились паспортные данные или был избран новоиспеченный генеральный шеф предприятия-акционера , - объясняет Андрей Быченко, начальник юридического отдела управляющей компании "Профконсалт". - При проведении общего собрания акционеров достаточно зачастую возникают случаи, когда акционерам отказывают в допуске на собрание на том основании, что сведения о них в реестре не соответствуют фактическим документам".

Уполномоченное голосование

Личное наличие на собрании возможно, но необязательно. По некоторым вопросам допускается заочное голосование. Для этого достаточно наполнить бюллетень и переслать его в компанию заказным письмом. Так, например, происходило в том же РАО "ЕЭС России": на внеочередном собрании акционеров 27 октября по вопросу продолжения реорганизации разрешается было проголосовать заочно, прислав заполненный бюллетень по почте. В перспективе разрешено ждать использования электронной почты с цифровой подписью: это намного проще и дешевле, чем бумажный оборот, но покуда это мечты. Например, "Мосэнергосбыт" не может толком наладить сбор показаний электрических счетчиков без посещения абонентом его офиса.

Акционеру необязательно самому принимать решения на собрании: он имеет право передать свои полномочия другому лицу по доверенности. Тот самый момент заставляет менеджмент и крупных акционеров охотиться за голосами "миноров". Прежде практика административного давления на сотрудников, которые являлись акционерами, в нефтегазовых районах энергично использовалась. Такое доверенное лик человеческий может голосовать от имени целой группы акционеров, которые все одинаково не поедут на собрание в Москву.

По вопросам избрания совета директоров, ликвидации общества, утверждения финансовых результатов (прибылей, убытков и дивидендов) голосование проводится только в очной форме. "По закону право на голосование есть у каждого держателя бумаг, но представьте себе ситуацию, когда акционер владеет несколькими акциями московской компании, а сам проживает на Сахалине. Вряд ли для него будут целесообразны расходы на дорогу в столицу и обратно", - комментирует Анна Маткова, эксперт центра корпоративного управления ГУ-ВШЭ. Но этот происшествие не является ущемлением прав, скорее позволительно изъясняться о затруднениях в их реализации. Изменить ее может, пожалуй, только согласованная точка зрения достаточно большого круга инвесторов. Причем акционеры российских компаний целиком могут достичь таковой согласованности. Если акционер владеет 1% акций, то он имеет право ознакомиться со списком лиц, участвующих в общем собрании акционеров, а кроме того заполучить у регистратора сведения об именах владельцев, количестве принадлежащих им акций и вступить с ними в переговоры. Скоординировав действия, группа миноритариев (если, конечно, суммарный объем их пакетов достаточно велик) может реально участвовать в управлении компанией, если в ней найдется человек, компетентный в коммерциале эмитента.

Непростое большинство

Вернемся к штатной ситуации - годовому общему собранию акционеров. Для голосования изначально требуется кворум - на собрании должны быть представлены хозяева больше 50% акций компании. Если же кворума нет, то на повторно назначенном собрании этот порог явки снижается до 30% плюс одной акции. В компетенцию собрания входят 20 вопросов, касающихся деятельности компании, и по каждому проводится отдельное голосование. Причем только по вопросам изменения устава, реорганизации компании, ее ликвидации вывод принимается большинством в три четверти голосов. Собственно, только в этих случаях блокпакет (25% плюс одна акция) может гарантированно сыграть свою запретительную роль. А его хозяин может заниматься шантажом, голосуя супротив по всем вопросам. Таким способом заработков (green mail) в близкое период прославился Кеннет Дарт, который, блокируя решения, требовал у остальных акционеров выкупить его акции по цене намного выше рыночной. В 1997-1999 годах он заработал на ЮКОСе, тот, что переходил на единую акцию, объединяя "дочек".

В ситуации, когда существует акционер (или группа акционеров), консолидировавший контрольный пакет, собственник "блока" оказывается, как ни парадоксально, обычным миноритарием. Потому как все прочие вопросы (утверждение дивидендов, одобрение крупных сделок, сделок с заинтересованностью и др.) требуют просто простого большинства голосов.

Здесь необходимо разобрать схему выборов совета директоров, которая намного проще выборов в Госдуму. Совет директоров избирается путем кумулятивного голосования. При кумулятивном голосовании цифра голосов (обычно одна акция - один голос), принадлежащих каждому акционеру, умножается на число лиц, которые должны быть избраны в совет директоров общества. То есть, когда планируется избрать совет из семи директоров, одна акция дает не один, а семь голосов. Акционер вправе возвратить рассчитанные таким образом голоса на все сто за одного кандидата или распределить их между двумя и более кандидатами (например, два голоса вернуть Иванову, а пять - Медведеву). Считается, что эта норма защищает интересы миноритариев и дает им возможность избирать "своих" кандидатов в совет. Отчасти это в действительности так, но только при условии, что голосовать миноритарии будут согласованно. В случае с семью директорами, которые могут избираться, например, из 15 кандидатов, чтобы провести "своего", необходим пакет акций порядка 15%. Сосредоточив свои электоральные возможности на каком-то одном кандидате, небольшие частные акционеры истинно получают шанс обрести своего представителя в совете. Если же "миноры" голосуют вразнобой, то эффективность кумулятивного механизма будет близка к нулю.

Но целесообразность борьбы за своего представителя в совете директоров по-хорошему должна быть обоснованна. Присутствие крупного "мажора" в некоторой степени может являться благом, так как он, учитывая свои интересы, будет печься и о компании, что выгодно всем.

За вами пришли

Впрочем, временами опека о собственных интересах распространяется до эдакий степени, что в какой то миг "мажор" может найти решение освободиться от миноритариев, которые ему только создают проблемы. С точки зрения коммерциала это полностью понятно: чуть-чуть кто из нас, владея 95% какого-либо имущества, станет постепенно выдерживать путающихся под ногами иждивенцев. И в рамках закона от них можно избавиться. Если акционер владеет 95% акций, то он может принудительно выкупить остальную долю у маленьких акционеров без их согласия.

А на практике такие случаи не редкость. Так, с 1 сентября 2007 года по настоящее пора в системе RTS Board приостановлено котирование акций более 20 компаний в связи с начатыми процедурами принудительного выкупа.

Безусловно, в первую очередность акционеров тревожит цена, по которой бумаги будут по сути дела изъяты. Теоретически она может порадовать или начать гнев. Что происходит чаще - выяснить невозможно. Из последних примеров: в декабре "ЛУКойл" начал принудительно выкупать акции "ЛУКойл-Нижегороднефтеоргсинтез" (НОРСИ). Последние сделки с акциями в системе RTS Board (тикер ngns) заключаются по цене около 60 долларов, цена выкупа - 63,8 доллара. Однако в марте 2006 года акции стоили около 130 долларов. Потому наверное есть недовольные происходящим акционеры, которые владеют дорогими бумагами.

НК "ЛУКойл" приобрела у российского Фонда федерального имущества около 85% акций НОРСИ в 2001 году на аукционе, и Вагит Алекперов вскоре объявил о намерении принять совершенный надзор над компанией, изменить ее форму имущества с ОАО на ООО и совершить структурным подразделением НК. До аукциона "ЛУКойл" уже имел 6% НОРСИ. Так что о своих планах он объявлял заранее, другое дело, что покупатели акций НОРСИ могли этого несложно не знать.

Другой пример: в сентябре 2007 года Качканарский горно-обогатительный комбинат "Ванадий" (тикер в РТС kgok) начал к процедуре принудительно выкупа акций. Один из акционеров в приватной беседе рассказал о том, что купил бумаги этой компании достаточно давнехонько и возмущен не ценой выкупа, а самим фактом. Акции куплены на десятки лет, инвестор считает, что в будущем они будут стоить на строй выше текущей стоимости, так как нынешние крупные акционеры нарочно затягивают разработку нового месторождения. В настоящее время инвестор считает, что с ним поступают несправедливо.

Вообще говоря, соответственно Конституции РФ, "никто не может быть лишен своего имущества по иному как по решению суда. Принудительное отчуждение имущества для государственных нужд может быть произведено только при условии предварительного и равноценного возмещения".

Здесь принудительное отчуждение происходит не в пользу государства, но судебные иски по этому аргументу не дают результата со странной аргументацией Конституционного суда (в июле 2007 года) о пользе эффективного управления обществом.

Взросление дракона

Однако к консолидации 95% акций инвестор может ступать последовательно, и в законе "Об акционерных обществах" особо изложены процедуры и последствия приобретения больших пакетов акций. Так, инвестор, решивший контролировать более 30% акций, вправе сориентировать добровольную публичную оферту (предложение) остальным акционерам компании. Потому как в этом случае добровольны и само предложение, и его принятие, то закон оставляет свободу маневра за акционерами. Хочешь - продавай, не хочешь - не продавай.

Цена предложения остается на усмотрение лица, направившего оферту. Остальные акционеры вольны принять его или отвергнуть.

Но если акционер уже консолидировал более 30, 50 или 75% акций компании, он должен послать уже обязательное предложение о выкупе остальным держателям ценных бумаг. Причем предложенная цена выкупа не может быть ниже средневзвешенных котировок акций компании на бирже за последние шесть месяцев. Если же бумаги эмитента не котируются на биржевых площадках, то цену определяет самостоятельный оценщик.

Кроме того, если консолидация крупных пакетов упомянутых объемов произошла в результате отдельных сделок, то цена выкупа не должна быть ниже цены приобретения инвестором крупных пакетов. Подчас это на руку миноритариям, в частности, аукционы по продаже энергетических компаний многих "миноров" не оставили обиженными (см. статью "Инвестиции в электросчетчики" D" 17 от 3 сентября).

Также акционеры вправе решать, является ли предложенная цена справедливой. Если акционер, получивший такое предложение, решает отдать свои акции, то он нетрудно зачисляет их на счет депо покупателя и в течение 15 дней получает оплату за свои бумаги. Банковская гарантия, прилагаемая к обязательной оферте, исключает ситуацию, при которой акции остались бы неоплаченными.

В различие от добровольной и обязательной оферты, чей агрегат прозрачен и без малого не содержит конфликтного потенциала, операция принудительного выкупа устраивает вдали не всех. Однако она есть в законе, и акционерам придется смириться с тем, что инвестор, консолидировавший более 95% акций, тем самым автоматически получает право на покупку оставшихся бумаг.

"Норма, касающаяся принудительного выкупа, введена с 1 июля 2006 года, но применяется лишь последние полгода. Это вызвано тем, что требуется заключение независимого оценщика, который был бы внесен в реестр саморегулирующейся организации оценщиков. Такого реестра в июле 2006−го ещё не было, оттого и норма в полном объеме не применялась", - комментирует Елена Костикова, начальник управления консалтинга "Центрального московского депозитария". Однако нередко цена, которую определяет независимый оценщик, вызывает серьезное недоверие, но в суд необходимо топать с аргументами. Предложение о принудительном выкупе эмитентом подается в первую голову в ФСФР, а следом в акционерное общество. Приобретатель заблаговременно депонирует всю сумму на определенном счете. Технология проста: сперва капиталы - следом акции. Поэтому в ситуации с принудительным выкупом банковская гарантия не требуется, а регистратор без затей перечислит акции на счет депо насытившемуся покупателю.

Keywords: